b30753a4

Булычев Кир - Обида



sf Кир Булычев Обида 1988 ru ru Ego http://ego2666.narod.ru ego1978@mail.ru FB Tools 2006-06-23 3F21426E-3B07-4DB1-8CB8-65EE1D54C7A1 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Кир Булычев
Обида
Восьмого числа, вечером, Удалов и Грубин решили пойти к профессору Минцу поговорить о таинственных явлениях. Собирался зайти и старик Ложкин, но запаздывал.

Радиоприемник на письменном столе, еле видимый за грудами научных статей и рукописей, наигрывал нежные мелодии Моцарта. Когда Лев Христофорович предложил гостям по второй чашке чая, музыка в приемнике прервалась, и послышался резкий голос, говоривший на непонятном языке.
— Хулиганят, — сказал Корнелий Удалов. — Своей волны им не хватает, лезут на Моцарта с комментариями.
— С комментариями? — спросил профессор Минц, поглаживая лысину. — А вы, Корнелий, понимаете их язык?
— Так, через пень-колоду, — смутился Удалов. — Похоже на венгерский.
— Какие еще есть версии? — спросил Минц, обернувшись к Грубину.
— Я настрою, — сказал Грубин. — Я больше музыку люблю.
— Не надо, — остановил его Минц. — Очень любопытно.
Минц задумался. Даже забыл долить друзьям чаю. И не заметил, как вошел Ложкин и громко поздоровался.
Из этого состояния Минц вышел лишь через три минуты.
— Все ясно, — сказал он. — Такого языка на земле нет. Я мысленно перебрал возможные варианты…
— Но, может, не венгерский, — сказал Удалов. — Может, какой-нибудь очень отдаленный, с которым вы, Лев Христофорович, времени не имели ознакомиться?
— Я не знаю многих языков, — возразил Минц. — Но могу читать на любом. Дело в системе, в структуре языка. Достаточно знать элементарный минимум — языков пятнадцать-шестнадцать — которым я и располагаю, чтобы дальнейшие действия диктовались законами лингвистики.

Вам понятно, коллеги?
— Понятно, — сказал польщенный Удалов. — Так что же это за язык?
— Инопланетный, — просто ответил Минц. — Итак, что будем делать? — спросил Лев Христофорович.
— А то делать, что перевести их воззвание и ответить. Это наш гражданский долг.
— Правильно, Корнелий, — сказал Грубин. — Если вам, Лев Христофорович, понадобится моя помощь, прошу рассчитывать.
— Невозможно, — сказал Лев Христофорович. — Этот язык нам не расшифровать, потому что у них нет с нами ни одного общего корня и ни одного общего падежа.
— Вот, — вздохнул Ложкин. — Даже способности профессора Минца ограничены. Придется писать в Академию наук, а пока получим ответ, пришельцы могут улететь.
— То есть как так ограничены? — не понял Минц. — Это мои способности ограничены?
— К сожалению, — согласился Ложкин.
— Саша, — сказал Минц. — Вы в самом деле не торопитесь?
— Куда мне торопиться, если предстоит эксперимент?
— Тогда, — Минц строго посмотрел на гостей, — попрошу всех посторонних очистить помещение. Жду всех по окончании работы.
— В смысле когда? — спросил Удалов, послушно направляясь к двери.
— Мы вас вызовем, — сказал Минц, широким жестом стряхивая со стола бумаги, в то время как догадливый Грубин тащил из-под кровати небольшой электронный мозг.
— Вызовите, — сказал Ложкин, — не стесняйтесь. Даже если рано будет.
— Может быть, поздно, — сказал Минц, включая портативный магнитофон.
Удалов с Ложкиным постояли немножко в коридоре, у дверей Минца, не зная, то ли им обижаться, то ли ждать без обиды.
— Ты не помнишь, на какой волне передача была? — спросил наконец Удалов.
— На тридцать одном метре, — сказал Ложкин. — Сам попробуешь расшифровать?
Удалов только покачал отрицательно головой, пошел к себе, тихонько включил приемник и начал искать передачу на инопланетном языке. Переда



Назад